эфир

программа

Передачи А-Я

25-й кадр: Мира Тодоровская

21.05.2016

смотреть
передача доступна бессрочно
На этот раз гостем передачи из цикла "25-й кадр" станет известный российский режиссер и сценарист Мира Тодоровская. После программы телезрители смогут посмотреть новейшую картину Тодоровской "В далёком сорок пятом... Встречи на Эльбе" о непростых отношениях между советским солдатом и немецкой девушкой в годы Великой отечественной войны.

Картина Миры Тодоровской "В далёком сорок пятом... Встречи на Эльбе" будет доступна для просмотра на нашем сайте в течение 7 дней со дня эфира. Предлагаем вашему вниманию текстовую версию интервью с автором: Николай Караев:Уважаемые телезрители, добрый вечер!В эфире передача "25-й кадр" и её ведущий Николай Караев. Обычно наша передача рассказывает об удивительном мире эстонского кино во всём его многообразии. Но из каждого правила бывают свои исключения. И наша сегодняшняя передача — именно такое исключение. Сегодня мы посмотрим российское кино "В далёком 45-ом... Встречи на Эльбе". Этот фильм о Великой Отечественной войне. По сути, последний фильм одного из лучших среди советских и российских кинорежиссёров — Петра Тодоровского. Пётр Ефимович написал сценарий к этому фильму. Но, к сожалению, не успел его снять. Он ушёл из жизни три года назад. В итоге этот фильм сняла его вдова Мира Тодоровская. Сегодня Мира Григорьевна гость в нашей студии.Здравствуйте Мира Тодоровская:Здравствуйте Николай Караев:Мира Григорьевна, действие фильма происходит в мае 1945-го года на Эльбе. На одном берегу американские солдаты, на другом советские. И главный герой, лейтенант Юрий Никитин, которому поручают стать комендантом маленького немецкого городка чтобы как-то возродить там мирную, цивильную жизнь. Как я понимаю, эта история отражает историю Петра Ефимовича, которому в мае 45-го было 19 лет. Который, будучи командиром миномётного взвода, так же стал комендантом маленького городка Йерихов. Насколько сценарий фильма автобиографичен? Мира Тодоровская:В том, что вы сказали, он автобиографичный. Дальше, конечно, много вымысла. Насколько я знаю, у него не было девушки, в которую он был влюблён. И вообще всей этой истории не было. Тем не менее он написал сценарий с частичным вымыслом и с тем, что он вообще видел и знал, будучи девятнадцатилетним мальчиком. Николай Караев:После смерти Петра Ефимовича встал вопрос, кто будет снимать это кино. Режиссёром, в итоге, фильма стали вы. Хотя, как вы сами говорили, ваше призвание — продюсирование. Я вас процитирую: "У нас с Петей было правильное сочетание. Он абсолютно творческий. А я — деловая женщина, созданная быть продюсером". Хотя, у вас уже был режиссёрский опыт к тому моменту. Как получилось, что вы стали режиссёром этого фильма? Мира Тодоровская:У меня был уже режиссёрский опыт, не было выбора и я не могла долгое время найти хорошего режиссёра, который бы согласился взяться за фильм. Но чувствовала себя не уверенно, так как не было необходимых денег для реализации этого проекта. Поэтому я взялась сама и всю ответственность перенесла на себя. Николай Караев:А вы не могли найти режиссёра почему? Мира Тодоровская:Плохого режиссёра я не хотела. А хороших учат быть самостоятельными. Никого не слушать и не подчиняться. Николай Караев:А вы хотели, чтобы фильм был снят точно по сценарию Петра Ефимовича? Мира Тодоровская:Ну да. Конечно, не досконально по сценарию. Но в основном — да. Николай Караев:А вашему сыну, тоже прекрасному режиссёру Валерию Тодоровскому, вы предлагали этот сценарий? Мира Тодоровская:Даже не предлагала, потому что знала что он никогда не согласится. Он столько натерпелся от того, что он сын Петра Тодоровского, что стал чураться нас. Мы сами по себе, он сам по себе. Николай Караев:В итоге, он фильм посмотрел? Мира Тодоровская:Посмотрел. Он неплохо отнёсся к фильму. Не плакал, конечно, от восторга. Но фильм, в общем, понравился. Николай Караев:Как развивалась эта история? Как мне известно, у вас изначально было не много денег и почти никакой поддержки. И что вы сделали? Мира Тодоровская:У меня, действительно, была только половина нужных денег. Мне два банка дали по полмиллиона долларов на проект. И у меня первоначальная сумма была. Я решила сначала поехать и поискать натуру, а потом уже думать, как выходить из положения. Прилетела во Вроцлав и пошла во вроцлавскую студию. Там оказалось, что студия давно не снимает никаких фильмов и существует состоя из трёх-четырёх человек. Но там ко мне подошёл человек… Маленький, кругленький, как шарик подкатился, и сказал: "О! Новое лицо. Вы откуда?". Я ответила: "Я из Москвы". Он: "И что вы тут делаете?". Я сказала, что хочу снимать здесь фильм. Он сказал, что мне крупно повезло. Так как он художник, оскаровский лауреат. И он будет делать со мной это кино. Так и произошло. Николай Караев:Это был Анджей Рафаль Вальтенбергер. Да? Мира Тодоровская:Да, он. Знаменитый польский художник-постановщик. И он действительно помог мне снять картину.Он помог найти натуру. Это было несложно. Вокруг Вроцлава было много мест, где можно было снимать. Николай Караев:Готовясь к передаче я прочёл в одном из интервью Петра Ефимовича такие слова: "У меня не было режиссёрского образования. Одна интуиция. Я всегда держался на первом ощущении от сцены. На её запахе". Каков был ваш путь со "Встречей на Эльбе", как режиссёра? Насколько легко или тяжело было вам снимать этот фильм? Мира Тодоровская:Сначала расскажу о том, что было тяжело. Я была абсолютно одна против целой группы польских кинематографистов. И мне нужно было чётко знать, что я хочу. Иначе бы всё сорвалось. Мне пришлось поменять продюсеров. Сначала был один польский продюсер, потом второй… В общем, мне самой пришлось выполнять эту работу. Приходилось "воевать" с поляками, считающими что они знают больше меня. Больше меня знают то, что я хочу. Это было непросто. Количество съёмочных дней было ограничено. Денег было мало. Нужно было уложиться во все рамки. Мы сняли всё, как и планировали, за 28 дней. А потом я прилетела ещё раз и досняла то, что вы видите в начале фильма. Первый бой. В Польше существует такая декорация на натуре. Если нужно снять войну, то можно это сделать в сохранённых развалинах в Варшаве. В этих развалинах мы и досняли сцены первого боя. Это стало предисловием перед титрами. Николай Караев:Трудности с финансированием были настолько велики, что вы даже продали квартиру. Это так? Мира Тодоровская:Вы знаете, после смерти мужа мне эта квартира уже была не нужна. Я жила недалеко от Москвы, на даче. Оттуда я на машине ездила в свой офис на "Мосфильм". Всё было нормально. Николай Караев:Возникает вопрос, насколько вам помогло государство? Поскольку фильм о войне, а Великая Отечественная война — это одна из главных тем сейчас. Довольно странно, что в этих условиях не нашлись деньги. Мира Тодоровская:Видите ли: те деньги из двух банков выпросил как раз министр культуры, а не я. Просила бы я, ничего бы не получила. Так что Госкино как то поучаствовало в фильме. Хоть деньги часто и являются главным элементом, в этот раз главным были не деньги. Главным было мне, иностранке, вжиться в этот материал. У меня не было ни одного русского на площадке. Я одна работала с польской группой. Всё это было очень не просто. Поляки работают иначе. Мне надо было под это подстраиваться. Я иногда приходила в ужас от того, что я видела на площадке. Какую-то кучу непонятных машин. Я даже не знала, что они делают на площадке. Но думала только о том, что снимем материал и всё будет в порядке. Так и было. Потом я увезла отснятый материал в Москву. И уже монтаж и озвучивание я делала на "Мосфильме". То есть, после этих 28 дней на "Мосфильме" я работала ещё два с половиной месяца. И студия "Мосфильм" мне сделала всё очень качественно. Николай Караев:Ведь изначально сценарий назывался по-другому, верно? Он назывался "Оглушённые тишиной". Это отсылка к одной из первых сцен, где солдаты лежат на траве в этом маленьком городке. И вдруг понимают, что после привычного грохота канонады тут остановилась странная и мирная тишина. И они ею оглушены. Почему это название изменилось? Мира Тодоровская:Оно не изменилось. У нас был когда то снят фильм "Встреча на Эльбе". И я отсылаю своё внимание к нему. На эту же тему снят фильм. "В далёком 45-ом… Встречи на Эльбе" сейчас называется мой фильм. В фильме 1949-го года "Встреча". А у нас - "Встречи". Николай Караев:Это акцент больше на личные истории, а не на общую? Мира Тодоровская:Группа у меня была вся польская и немецкая. И в главной отрицательной роли был немецкий актёр, который у Стивена Спилберга снимался. И, как мне показалось, он сыграл хуже всех. Но, так как роль была отрицательная, то всё это могло быть. С ним было непросто. А так, в основном, польские актёры. Наших было только пять мальчиков, исполнителей главных ролей. Совсем молодые. Это были их первые роли. И они все справились. Николай Караев:А роли американской красавицы и немецкой красавицы? Это польки? Мира Тодоровская:Это польки, да. И американские актёры там были. Чернокожий парень, переплывающий реку. Снимались американские студенты, учащиеся в Польше. Николай Караев:Я знаком с вашими интервью. В том числе с интервью, вышедшее на радио "Эхо Москвы" год назад. И вы там говорили, что фильму ещё на стадии сценария не очень охотно давали ход. В частности, Никите Михалкову он не очень понравился. Мира Тодоровская:Ну сейчас уже время прошло. Вспоминать то, что было год назад, не хочется. Но на самом деле сценарий не понравился Никите. И случилось так, что именно он сообщил нашему президенту о смерти Тодоровского. Дескать, нужно его похоронить с воинскими почестями. Я так подозреваю, что это Никита сделал. Но фильм, сценарий, ему не понравился. Он не дал ему ход. И министерство культуры никак не приняло участие в моём фильме. Николай Караев:Фильм был готов уже год назад. Мира Тодоровская:Ну как готов? Съёмки были закончены, всё было сделано. А потом ещё три месяца шёл процесс, который называется как постпродакшн. Николай Караев:Какова прокатная судьба этого фильма в России? Мира Тодоровская:Российский прокат его не взял. Николай Караев:Есть какие-то объяснения этому? Мира Тодоровская:Без объяснений. Просто не взяли и всё. Николай Караев:А вы что думаете по этому поводу? Мира Тодоровская:Я думаю, что он не очень удобен. Тому же Никите, который имеет сейчас очень большой вес. Он близко дружит с президентом. Я подозреваю, что это результат его влияния. Но точно сказать не могу. Но фильм только начинает разворачиваться. Есть желание продать его на Запад. Но пока не могу назвать ничего конкретного по этому вопросу. Медленно фильм развивается, скажем так. У нас вообще в кино сейчас большой кризис. Николай Караев:Тем не менее фильмы выходят. У того же Никиты Михалкова, у других людей… Мира Тодоровская:У Никиты Михалкова нет кризиса. А у остальных очень даже есть. Николай Караев:На этапе, когда определялось финансирование, был момент когда пытались собрать средства через интернет. Через краудфандинг. Как говориться, с мину по нитке… Но ничего не собрали. Интернет — вотчина людей молодых. Насколько сейчас, на ваш взгляд, молодым людям нужны и интересны фильмы о войне? В том числе, именно такие фильмы о войне. Потому что сейчас наблюдается всплеск патриотизма в России. Но, с другой стороны, я боюсь что представление молодёжи о войне всё больше расходятся с военной реальностью. Мягко говоря. Мира Тодоровская:Я бы не сказала, что сейчас в России происходит всплеск патриотизма. Я этого не замечаю. Мы не можем быть оторваны от Запада. Мы сливаемся с ним. Молодые люди, как и прочее большинство, живут в интернете. И молодые люди соответствуют происходящему на Западе, как и везде. Николай Караев:К слову о глобализации: одна из магистральных тем этого фильма, это столкновение советских солдат с Западной Европой. Когда они пришли в эту Европу, то увидели совершенно другой уклад жизни. Люди жили совершенно иначе, нежели в Советском Союзе. И советские солдаты возвращались домой совершенно другими. Не только из-за войны, но и потому, что столкнулись с другой цивилизацией. Если говорить о Петре Ефимовиче, который был комендантом города Йерихов, при этом имея за плечами маленький украинский городок Бобринец, девять классов образования и работу в колхозе, то насколько это столкновение цивилизаций изменило лично его? Мира Тодоровская:Вы знаете, о нём говорить в этом плане трудно. Он был человеком современным. Легко вживался в новую жизнь. Он был очень талантливым человеком. А в остальном, я думаю что моя картина не очень востребована. Она повёрнута лицом на Запад. Она о том, как дружили по окончанию войны наши солдаты с западными людьми. И поэтому и руководство проката, и Никита не могут мне прямо сказать, что их не устраивает идеология картины. Но это, конечно же, ощущается. Николай Караев:А вот это довольно странно. Потому что фильм о дружбе и о любви. И дружба, и любовь — довольно "светлые" вещи. Как раз то, что кино и должно пропагандировать. Нет? Мира Тодоровская:Наверное. Может быть мой фильм недостаточно коммерческий. А наш прокат находится полностью в частных руках. Сейчас все немного замерли и ждут, что вообще скажут по поводу моего фильма. Николай Караев:Были и есть фронтовики, которые не любят говорить и вспоминать о войне. Ведь война, даже самая благородная, всё же — кошмар. Как говорил сам Пётр Ефимович: "Война - это время, когда ты можешь каждую минуту получить пулю. Видишь рядом смерть, бесконечно". Но при этом Тодоровский всю жизнь снимал фильмы о войне. Начиная со своего режиссёрского дебюта, фильма "Верность", за который он получил приз на Венецианском кинофестивале. И заканчивая последними режиссёрскими работами "В созвездии быка" и "Риорита", и легендарный фильм "Военно-полевой роман". На ваш взгляд, отчего Пётр Ефимович всегда возвращался к этой теме? Мира Тодоровская:Ну, потому что он больше всего и лучше всего об этом знал. Мне с большим трудом удалось его уговорить снять фильм "Интердевочка". Очень знаменитый у нас фильм. Потому что он говорил: "Ну что я могу знать о проститутках? Я ничего про это не знаю! Как я буду снимать эту картину?". Но, всё-таки, я его уговорила. Эту повесть написал его друг Владимир Кунин, в Питере. И она мне очень понравилась. Мне показалось, что если мы снимем этот фильм, будет "бомба". Так и случилось, на самом деле. Я сразу поняла, что главную роль должна сыграть начинающая актриса Елена Яковлева. Худенькая, тоненькая девочка. Я ему её показала, на что он мне ответил: "Да ты что?! Разве это "проститутка"? Проститутка должна быть фигуристая!". И я его повела к гостинице "Националь". Там был ресторан, в котором и гнездились проститутки. Мы стояли у входа, смотрели на молодых женщин, которые туда входили. А рядом с нами стояла уборщица с ведром и с тряпкой. И она нам говорила: "Вот енту возьмут, а енту не возьмут!". И тогда Пётр Ефимович увидел, какие на свете есть девочки. Совершенно другие. И мне удалось его уговорить. И конечно "Интердевочка" стала бомбой. Шведы были сопродюсерами. Я была продюсером, хотя такой профессии ещё не было тогда. И шведы за этот фильм меня даже сделали членом Шведской киноакадемии тогда. Николай Караев:Возвращаясь к военной теме, я бы хотел ещё вот о чём спросить: в советское время были какие-то цензурные препоны. И снимать фильмы о войне правдиво было сложно. Сейчас время, когда можно снимать более или менее правдивую историю. Но, при этом, гораздо труднее найти деньги. Так что Марлен Хуциев, друг Петра Ефимовича, говорил что предпочёл бы даже советское время. Так как в то время было так: если ты проходишь цензуру, то тебе дают и деньги и возможность снимать. А сейчас нет. На ваш взгляд, в какой ситуации Пётр Ефимович ощущал себя комфортнее, как художник? Мира Тодоровская:Я думаю, что для него разницы не было. Если финансирование позволяет снять грамотно фильм, то ему было всё равно. Николай Караев:Насколько Петра Ефимовича волновала реакция на его фильмы? Поскольку фильм "Риорита" часть зрителей восприняли в штыки. Потому что посчитали это чуть ли не поклёпом на советских солдат. Мира Тодоровская:Вы знаете, его это не волновало совсем. Снимая кино, он был весь в процессе. А когда работа заканчивалась, всё остальное его уже не очень волновало. Прокат был уже моей работой. Николай Караев:Насколько я знаю, остались ещё сценарии Петра Ефимовича, которые могут быть превращены в фильмы. Насколько это вероятно? Мира Тодоровская:Не думаю, что это возможно. И потом, я недавно сделала этот фильм. Я вся в этом фильме до сих пор. И не думаю о том, что будет дальше. Это пока. И буду ли ещё что-то делать, как продюсер, тоже не знаю. Сначала нужно разобраться с этим фильмом. Потому что пока его у нас игнорируют. А сделан он, сравнительно, недавно. Николай Караев:Я желаю вам удачи с этим кино. Всяческой удачи. Фильм достоин того, чтобы его посмотрело как можно больше зрителей. Мира Тодоровская:Спасибо Николай Караев:Спасибо вам огромное за интервью.Дорогие телезрители, а теперь давайте посмотрим последний, по сути, фильм Петра Ефимовича Тодоровского "В далёком 45-ом... Встречи на Эльбе".С вами была передача "25-й кадр" и наша великолепная гостья Мира Григорьевна Тодоровская. До новых встреч и добро пожаловать в кино!  

  • О передаче
  • Фрагменты передачи
  • Смотреть в записи
  • Редакция
  • Похожие передачи

Konto muutmine õnnestus
Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: