Video

eще

Адвокат осуждённого за четверное убийство хочет добиться пересмотра процедуры помилования

За время своего президентского срока Тоомас Хендрик Ильвес помиловал 16 заключённых: от осуждённых за незаконный оборот наркотиков до осуждённых за убийство. Известный адвокат считает, что этот процесс не является до конца честным. На эту мысль адвоката навело громкое четверное убийство, произошедшее в 1998 году в Кохтла-Ярве.

Анти Аасмаа – присяжный адвокат, которому нравится работать со сложными делами. В 2014 году он удостоился звания Адвокат года. Занимаясь одним из таких сложных дел, Анти обратил внимание на противоречие в работе комиссии, которая даёт президенту Эстонской Республики рекомендации по вопросам помилования заключённых.

"При процедуре помилования к президенту зовут представителей суда и прокуратуры. Так сказать, чтобы дать совет. Вот теперь мы можем спросить, почему при этом не присутствуют, например, адвокат или представителям адвокатуры?", – спросил Аасмаа.

С 2012 года Аасмаа представляет интересы осуждённого на пожизненное заключение Анатолия Николаева. Человека, который с юридической точки зрения – исключение из всех исключений. Человека, на недоказанность вины которого указывали уже ни раз.

"Я не знаю, как это произошло, но я убеждён, что на сегодняшний день подобные вещи уже не происходят. А сам Николаев – это исключение из исключений. Но ничего не поделать. Мы имеем дело с позорным пятном эстонской судебной системы", – сказал адвокат.

Взять дело Анатолия Николаева адвоката побудила опубликованная 5 мая 2012 года в еженедельнике Eesti Ekspress статья "Этот человек не убивал мою маму", написанная Янаром Филиповым. Примечательно, что сменив работу журналиста на должность судебного юриста, Филипов до сих пор остаётся уверенным в том, что вина Николаева не доказана.

"Прочитав материалы дела от корки до корки, могу сказать только то, что ничто не говорит о том, что он совершил это преступление. Возможно, он это сделал, но в материалах дела это не подтверждается. Вот мой ответ", – объяснил Филипов.

Что же это за дело?

19 апреля 1998 года, полиция Кохтла-Ярве обнаружила четыре трупа. Доподлинно восстановить события того вечера практически невозможно, поэтому журналисты "Инсайт" опирались на обвинительное заключение, в котором значится следующая версия:

В квартире на почве семейных, а также денежных отношений, около 19:30-20:00 часов между Эрлих и Николаевым возникла ссора. Николаев вытащил пистолет, и, находясь со стороны Чирковой рядом с Эрлих, произвёл в неё два выстрела в область головы и шеи.

Затем пытавшуюся встать с кресла Чиркову Николаев ударил, толкнул обратно в кресло и произвел с близкого расстояния три выстрела. Одним выстрелом в область головы была убита Берникова, которая сидела на расстоянии 1.5 метра на пуфике и успела отвернуть голову и закрыть ее рукой. В ходе столкновения Николаев завалил Овчинникова на диван и произвёл в него с близкого расстояния два выстрела в голову, один из которых был касательным. Все скончались на месте. Но это версия следствия.

Квартира в Кохтла-Ярве принадлежала Анатолию Николаеву, но сдавалась в аренду. Там же расположилась и точка по продаже наркотиков, которой руководила одна из убитых — гражданская супруга Анатолия, Елена Эрлих

По словам судебного юриста Янара Филипова, неизвестно, был ли сам Николаев причастен к торговле наркотиками. "Насколько активную роль в этих делах играл Николаев, стоит лишь догадываться, однако надо признать, что в материалах дела доказательств его причастности к наркоторговле нет", – сказал юрист.

В качестве свидетеля Анатолия Николаева допросили 20 апреля 1998 года. В своих первых показаниях он рассказал, что в момент убийства был дома, в километре от места происшествия. О случившемся узнал от парня, который постучался к нему в дверь: "Он сказал мне одно, что все в крови, все лежат, дверь открыта. Ну что-то еще он промычал там. Я оделся быстро на босу ногу, кое-что накинул на себя. У меня еще сын болел. Сыну я сказал, чтобы он лежал, никуда не уходил. Никому не открывал. Я побежал туда", – рассказал Николаев.

Анатолий сказал, что на середине пути он выдохся и отправил парня вперёд, а сам быстрым шагом пошёл следом. На месте он увидел страшную картину: четверо убитых. Нужно было вызывать полицию и скорую помощь.

"Мальчик стоял около дверей входных в комнату. Я ему говорю: ты скорую вызывал, в полицию звонил? Он говорит: Нет. Я говорю, так вызови полицию и скорую. А откуда? Я говорю: у соседа телефон есть, позвони ему, вызови. Через минуту он приходит: там никто не открывает. И в принципе я пошел, постучал, он долго не открывал, видно боялись. В итоге я сказал фамилию: это Толик, позвони в полицию. И тогда только он открыл и стал звонить", – рассказал заключенный.

Вечером 19 апреля полиция провела первый осмотр места происшествия. После восьми выстрелов нашли лишь пять пуль. В тот же день, 19 апреля, Николаева отпустили домой. Первый раз в качестве свидетеля он дал показания днём позже — 20 апреля. В тех же показаниях Анатолий рассказал про долги и угрозы, которые накануне Елена Эрлих, его гражданская супруга, получала от местного криминального авторитета "Сироты".

"С её слов, ей кто-то сказал, что якобы "Сирота" сказал, чтобы Елену "убрали". А за что, за долги или ещё что — я не знаю", - следует из материалов протокола допроса Анатолия Николаева.

"Сиротой" называли Анатолия Сироткина, известного криминального авторитета. С ним на очной ставке Николаев встретился 21 апреля 1998 года. От всех обвинений в свой адрес Сироткин отказался.

После дачи показаний в качестве свидетеля Николаев больше не вернулся домой. Он ждал в арестантском доме. Было начато уголовное дело, Анатолия задержали. Из свидетеля он стал уже подозреваемым. 24 апреля состоялся новый допрос, на котором следователям удастся получить самую вескую в этом деле бумагу — чистосердечное признание.

По словам присяжного адвоката Анти Аасмаа, в этом случае якобы имело место психологическое воздействие, мол, при чистосердечном приговор будет более мягким, а настоящие убийцы якобы потеряют бдительность. "Получишь более мягкую статью, настоящие убийцы у нас, так сказать, в поле зрения и для усыпления их бдительности возьми сейчас вину на себя, получишь лёгкое наказание. Потом дадим тебе новую личность, спрячем от них и поймаем тех, других преступников. Это версия Николаева".

"Сам Николаев утверждал, что его поставили перед таким выбором: если будешь рыпаться и не признаешь себя виновным, то, совершенно ясно, ты никогда не увидишь своих сына и приёмную дочь. Они пропадут бесследно и ты даже не хочешь знать, что с ними сделают до того, как убьют", – объяснил Янар Филипов.

В 1999 году, Кохтла-Ярвский городской суд признал Анатолия Николаева виновным в четверном убийстве. Без изменений это решение оставят и суды следующих инстанций.

Однако в этом деле существует множество противоречий

1. Чистосердечное признание

"В данном случае суд при признании Анатолия Николаева виновным опирался только на чистосердечное признание, в котором имелись противоречия, например, касательно использования глушителя. Сегодня судебное делопроизводство происходит открыто, суд непосредственно должен убедиться во всем", – объяснил присяжный адвокат Анти Аасмаа.

2. Ключевой свидетель

"Возможно судья… Можете ли вы в принципе предполагать, что судья в 90-х в Ида Вирумаа мог быть совсем беспристрастным, лишённым страхов, чтобы эта самая беспристрастность была обеспечена. В такой ситуации следователям разумеется было нужно что-то ещё. И тогда нашли одного молодого человека Илью Сёмика, который к тому моменту уже дважды допрашивался, в апреле, непосредственно после событий", – сказал Янар Филипов.

Именно Илья Семик оказался тем мальчиком, который рассказал Анатолию про случившееся, и с которым Николаев побежал на место происшествия. Примечательно, что следователи были уверены: Николаев скрывал от них Семика. Поэтому он не называл ни его имени, ни фамилии. Сам Анатолий утверждает, что узнал имя и фамилию Ильи Семика, когда его держали в КПЗ Кохтла-Ярве.

По словам Николаева, узнав имя Семика, он сообщил его следователям 24 апреля. Первый раз Илью допросили 28 апреля 1998 года.

Из протокола допроса Ильи Семика следует, что: "Я заглянул в комнату, где дверь была открыта и увидел на пуфике лежащую женщину головой вниз, на спине. Я увидел, что обуви много в коридоре и потом, что Берникова не одна там и я сразу же убежал домой к Берниковым, полагая, что там кто-нибудь есть. Квартира у них на четвертом вроде этаже. Я стучал туда, но никто не открывал. Время было около 20:20. Я сразу же побежал к Толику домой".

Во второй раз Илью вызвали на допрос 7 мая. Показания практически идентичны тем, которые он давал в первый раз. Но во время третьего допроса — в сентябре 1998 года, после того, как следователи получат результаты баллистической экспертизы — Илья рассказал совершенно другую историю: "Я ранее давал показания в качестве свидетеля по поводу того, что произошло вечером 19.04.1998г. Давал неправильные показания, боялся угроз со стороны Николаева".

Сегодня Ильи Семика уже нет в живых, и спросить у него, почему он так резко изменил свои показания, нельзя. Однако в 2012 году, когда Янар Филипов, будучи журналистом, готовил свой материал, ему удалось найти Семика в Финляндии. Разговор был записан на диктофон.

"Да не мог он нигде никак никогда угрожать, понимаешь. Теоретически этого не могло быть. Вот эту всю басню я свистел по научению "Копченого". "Копченый" махал у меня перед носом малявой, ну, запиской из тюрьмы", – сказал тогда Семик.

"Копченый" проходил свидетелем по делу, его настоящее имя Геннадий Ващук

"И вот этот Абаков там уже начинается, да, они меня мурыжат по КПЗ, электрошоком мне там в пах лупили. Абаков сам нет, опера ихние там какие-то ЦКП-шные, Фамилии не знаю", - следует из диктофонной записи.

Старший инспектор ЦКП Абаков был следователем по делу Анатолия Николаева.

"Примечательно тут то, что суд не счёл показания этого свидетеля достоверными, хотя это была версия, которую Семик рассказал изначально. Несмотря на это, Николаева признали виновным", – сказал присяжный адвокат Анти Аасмаа.

На основании полученной Янаром Филиповым записи, было проведено расследование. Вывод: в то время, в оснащении полиции электрошокеров не было, а значит, и применять подобные меры следователи не могли. Открыть дело Николаева по вновь открывшимся обстоятельствам не получилось. Впрочем, есть и третья интересная деталь: речь прокурора на суде.

3. Прокурор

"В Эстонии существует такой порядок, что если прокурор в конце судебных прений говорит: уважаемый суд, в этом деле недостаточно доказательств, прошу признать подсудимого невиновным. Суд должен прекратить делопроизводство. Я успел к этому привыкнуть к 2012 году", – объяснил судебный юрист Янар Филипов.

Эта часть самая короткая, но не менее яркая. Прокурором по делу Николаева в суде выступал Сергей Травников. В своей речи на заседании он сказал, что прямые доказательства вины подсудимого отсутствуют, он может быть в подозрении но доказательств нет.

Таким образом, прокурор отказался от обвинений в адрес Анатолия.

По словам Аасмаа, на сегодняшний день это означало бы автоматическое признание невиновности, в то время – нет. Прокурор действительно в конце говорил, что он не знает, кто убил этих людей, потому, что доказательств вины Николаева нет.

Однако закон не имеет обратной силы, а значит, на Анатолия это изменение никак не повлияло.

Помилование

За плечами Николаева два ходатайства о помиловании, которые остались неудовлетворёнными. Близится срок подачи третьего ходатайства, именно поэтому, представляющий интересы Николаева Анти Аасмаа и предпринял попытку обратить внимание на непрозрачность процесса.

"В этом смысле я бы хотел, чтобы представители Госпрокуратуры и Госсуда не давали никаких рекомендаций, чтобы президент сам мог взвесить все обстоятельства и вопросы, которые возникли у общественности для того, чтобы принять честное и справедливое решение о судьбе Анатолия Николаева", – объяснил Аасмаа.

Справедливость умозаключений Анти Ааасма теперь будет решать государственный суд.

Примечательно, что в доказанности вины Анатолия Николаева сомневаются не только имевшие дело с бумагами журналисты и юристы. С первого дня в невиновности Анатолия уверены и его близкие, которые, по понятным причинам отказались давать интервью перед телекамерами. Но, они подготовили для программы "Инсайт" обращение, которое мы цитируем без изменений:

"Уже на протяжении 19 лет, каждый день изо дня мы поддерживаем Анатолия в его борьбе за справедливость! Mожет быть мы не умеем этого делать, но мы с ним.

Мы потеряли гораздо больше, чем кто мог бы подумать. В течении 19 лет у нас нет покоя. Надежда и безнадежность смешиваются и становится страшно. Каждый момент может произойти худшее. Для судей дело закрыто. А наши мучения продолжаются. Как вынужденноe бодрствование.

Но живем ли мы в правовом государстве?

Мы родились в этом государстве, чтобы поддерживать его и быть ему лояльным. Но готово ли государство поддержать нас в трудные времена, чтобы в наших сердцах исчезла боль и печаль, которые мы должны нести вместе с невиновным человеком.

Только наша любовь друг к другу дает Анатолию силы жить и верить, что наступит час справедливости!

У него есть дом и мы, где его очень ждут!

От всей души благодарим всех, кто нас поддерживает.

Pодныe"

Юлия Тислер
Редактор

Там нет комментариев. Будьте первым!

Ответить на комментарий

+{{childComment.ReplyToName}}:
Ответить на комментарий
Ответить

Laadi juurde ({{take2}})
Поле для имени должно быть заполнено
Не более 50 печатных знаков
Поле для комментариев должно быть заполнено
Не более 1024 печатных знаков
{{error}}
Оставить комментарий

Последние сообщения